Джаник Файзиев: «Патриотическое кино – любое, которое на два часа делает жизнь приятнее»

Фото: Сергей Карпов/ТАСС

«Газпром-Медиа Холдинг» объявил о создании киностудии КИТ, которая займется сериалами, полнометражными и документальными фильмами для основных телеканалов страны. Ее руководитель, режиссер и продюсер Джаник Файзиев («Август. Восьмого», «Турецкий гамбит» и «Адмиралъ»), рассказал «Газете.Ru» о том, почему стоит предпочесть исторические мотивы злобе дня и как Год российского кино повлиял на производство фильмов в России.

Ваша киностудия представила 18 новых проектов. Какой из них вы можете назвать своим любимым?

Я не могу так сказать, и не только по политическим соображениям. Мы за этот год сделали гигантскую работу, практически все проекты – что называется, наши выношенные дети. Я с благоговением отношусь к фильму «Легенда о Коловрате», этот фильм для меня как больное дитя: все было против того, чтобы он получился. А он получился – и я в этом вижу какой-то божественный знак. Мне ужасно нравится, что у нас получается с «Невским пятачком»: после этого фильма у меня осталось ощущение, что мы стоим на пороге создания какого-то нового кино и нового отношения к визуальной эстетике.

Я с любопытством наблюдаю за всем, что касается сериала «Охота на дьявола» с Сергеем Безруковым, потому что он действительно сделан на каком-то высочайшем, совсем не сериальном уровне. С восторгом просматриваю материалы сериала «Неуловимые», где играют Оксана Фандера с Сашей Лыковым, – я давно не получал такого удовольствия от актерской игры, от сюжета, и, если вы обратили внимание, из всех представленных сегодня фильмов аплодисменты вызвал именно он. Точнее, аплодировали Оксане, которая виртуозно говорит с одесским акцентом, говорит так, как от нее не ожидаешь, с каким-то утробным знанием образа «одесской мамы», совершенно не коррелирующимся с ее внешностью. По сути, это была роль для такой большой крупной актрисы, этакой «Одессы-мамы», а сыграла ее нежная, тонкая и красивая женщина – и лично у меня это вызывает оторопь. Наверное, каждый фильм, который мы делаем, имеет какие-то свои радости.

К примеру, «Мертв на 99%» – это вроде бы понятная современная история человека, который попал в трудную ситуацию. Но она при небольшом бюджете сделана с таким темпераментом, что неожиданным образом «засвечивает кинопленку»: в мое время говорили, что кино получается только тогда, когда темное пространство между кадрами на пленке засвечивается энергией творцов. К сожалению или к счастью, это действительно так. Как бы режиссер ни выбивался, как бы ни работал, но, если он не засветил своей энергией матрицу, которая фиксирует изображение перед камерой, кино, как правило, не получается.

Вы ставили и продюсировали многие фильмы, основанные на реальных исторических фактах и событиях. Большая часть фильмов, готовящихся КИТом к прокату или эфиру, тоже завязана на историческую тематику. Сознательно концентрируетесь на этом контексте?

Совсем нет. Знаете, сегодняшние авторы сценариев и режиссеры, как и любые живые люди, активно реагируют на то, что происходит у нас в стране. В то же время они понимают, что жизнь в России сильно и быстро меняется. В такой атмосфере им становится очень сложно рассказывать современные истории – и именно это объясняет такое количество проектов, связанных с фактами и событиями прошлого. Это в большей степени касается сериалов, нежели художественного кино: ведь кино – это всегда аттракцион, заглянуть за толщу времен – это всегда трюк, часто компенсирующий отсутствие высоких бюджетов и сложной компьютерной графики.

В части сериалов обращение к историческим сюжетам – это, к сожалению, своеобразная дань времени: сколько бы я сам ни бегал с фонарем в поисках современных историй, я их не нахожу, их катастрофически мало.

Перед появлением Булгакова с пьесой «Дни Турбиных» Станиславский часто сетовал на отсутствие современной драматургии. Понимаю, что время тогда было посложнее нашего, но все же до Булгакова авторам не хватало сил и смелости осмыслить быстротекущие изменения в стране. Так что давайте подождем чуть-чуть, как только жизнь стабилизируется, у нас в кино появятся в большом количестве и современные истории тоже.

Тем не менее есть интерес к историческим фильмам и сериалам и у зрителей. Как думаете, что сейчас важно аудитории – восполнить пробелы в
знании истории или на несколько часов погрузиться в отвлекающую от современности атмосферу?

Думаю, все вместе. Зрительский интерес – это сумма интересов каждого отдельного индивидуума, которая складывается в единую тенденцию. Мы не сможем сказать, что конкретно интересует зрителя в историческом кино. Для кого-то это ожившие картинки, для кого-то – попытка заглянуть за толщу времен. Для кого-то это действительно желание изучить историю, для кого-то – бессознательная попытка сформировать свое отношение к происходящему сегодня. Когда событие уже произошло, зритель может его препарировать, анатомировать, изучить, обобщить сверху и снизу, и так проанализировать то, что с ним происходит сейчас.

Вы часто называли многие ваши проекты социальными – как, например, фильм «Август. Восьмого». Будете держаться этой линии и в работе на новой студии?

Невозможно делать кинопродукт, будь то сериал или кино, если он неинтересен людям, которым его будут показывать. Популярное кино всегда имеет большое социальное значение. В свое время я выступал с докладом, где объяснял, что патриотическое кино – это не то кино, где люди сражаются за родину и погибают. Патриотическое кино – это любое кино, которое на два часа делает жизнь зрителя приятнее. В этом смысле мы в КИТе выполняем некую социально-медицинскую работу: мы продаем людям эмоции.  И если вы удачно собрали кино или удачно придумали проект, то люди откликнутся на это. Когда в 150-миллионной стране 30 процентов людей откликается на то, что ты делаешь, твое кино автоматически становится социальным явлением.

Вы были режиссером ГЛАВКИНО, а теперь, кажется, решили полностью посвятить себя новой работе в новой киностудии. Как можно сравнить то, чем вы занимаетесь здесь, с тем, что вы делали там?

В ГЛАВКИНО я был просто приглашенным режиссером. Я не руководил студией и не отвечал за какие-либо бизнес-процессы. В то же время как режиссер я довольно самостоятельная фигура, ко мне относятся с уважением все, с кем я работал до сих пор, а потому никаких сложностей с переходом на новую должность у меня не было. В киностудии КИТ я отвечаю за процессы кинопроизводства в целом, и поскольку некогда я возглавлял дирекцию кинопроизводства Первого канала, этот опыт близок мне, мне понятно, что делать. Но здесь совсем другие масштабы работы, да и я сам за прошедшее время серьезно вырос в профессиональном плане.

Будете ли вы привлекать к работе зарубежных сценаристов, монтажеров и других профессионалов кинопроизводства для того, чтобы с их помощью поднять качество вашего контента?

В отношении телесериалов это практически бессмысленно. Сериалы делаются исключительно на основе подробного сиюминутного знания жизни в стране. Срок производства сериала – приблизительно полтора-два года, и любой человек, который не жил в стране и не знает того, что происходит сегодня на улице, не в состоянии создать любопытный проект. Однако я считаю правильным привлекать иностранных монтажеров или звукорежиссеров к созданию художественных фильмов. Ведь голливудский опыт, чего греха таить, в любом случае является более передовым. Максимально используя в своем кино опыт зарубежного кинопроизводства, мы тренируем нашу собственную индустрию.

Какими для вас стали итоги Года российского кино?

Такой год – это довольно формальная вещь. Но с другой стороны, я страшно благодарен российскому правительству за то, что они сделали этот год. Так или иначе это привлекло внимание властных структур и общественности к тому, что российское кино – это отрасль, пусть не самая большая в денежном выражении (и, наверное, едва заметная в строчке бюджета), но заслуживающая огромного внимания. Ведь для того, чтобы киноиндустрия работала слаженно и организованно, нужно отладить то, что называется «строки смежных индустрий». Кино – это симбиоз огромного количества отраслей производства. И хорошее кино возникает только тогда, когда все в стране работает на высоком производственном и технологическом уровне. За год мы многие вещи успели объяснить людям, принимающим решения, смогли повлиять на них. Активно работающая организация под названием Ассоциация продюсеров кино и телевидения занимается созданием законодательных документов для того, чтобы узаконить то, что происходит в кино, и даже изменить многие процессы – ведь сейчас правительство пользуется довольно старыми нормативами в отношении киноиндустрии. В этом смысле Год кино был для нас очень большой удачей.

Текст: Александра Борисова